Главная страницаГлавная страница
Адрес Следственного комитета
Ереван, Мамиконянц 46/5+374(11) 880-151
КАК ДОБРАТЬСЯ?

Выступление заместителя председателя Следственного комитета РА Артура Гамбаряна во время заседания совместной коллегии Следственных комитетов Республики Армения, Республики Беларусь и Российской Федерации

28.04.2017 18:31

Особенности получения отдельных видов доказательств в рамках международно-правового взаимодействия и проблемы их допустимости

 

Гамбарян Артур Сиреканович

Заместитель Председателя Следственного
комитета Республики Армения, доктор
юридических наук, профессор

                                                            

Оганнисян Тигран Оганнесович

Начальник Отдела обеспечения
международных запросов Следственного
комитета Республики Армения,соискатель
второго курса Российско-Армянского

(Славянского) университет

                                               

Требование собирания доказательств в порядке, установленном законом, в уголовном процессе имеет конституционное значение. В конституционной системе ценностей оно призвано для обеспечения права человека на справедливое судебное разбирательство. Оно является гарантом того, чтобы органы публичной власти не превышали свои полномочия, закреплённые Конституцией. Формулировка «Допустимы все те доказательства, которые являются относимыми», преобладающая во времена Вышинского, несовместима с нынешней конституционной действительностью. Давным-давно остался в прошлом  образ действий,  направленный на получение объективной истины любой ценой, обусловленный ложными стремлениями, в том числе посредством применения пыток для раскрытия.

Фактические данные, полученные с нарушением основных правил, установленных в уголовно-процессуальном законодательстве, не могут быть использованы в качестве доказательств. Правила допустимости доказательств относятся также к процессу получения доказательств в рамках международных запросов.

Хотя и в процессуальном законодательстве отмечено, что доказательства, полученные на территории иностранного государства, имеют юридическую силу, однако, данное общее положение не решает ряда  вопросов, имеющего практический характер и связанного со статусом и допустимостью целого ряда доказательств, полученных посредством международных запросов.

Оценка доказательств обусловливает принятие процессуальных решений по делу, поскольку, как отмечала П.А. Лупинская, именно она сопровождает весь процесс познания по делу, приводит к выво­ду о доказанности или недоказанности тех или иных обстоятельств, которые составляют фактическую основу решений, побуждает к дальнейшему собиранию и проверке доказательств[1]. Полученные за пределами территории государств доказательства не являются исключе­нием.

В рамках настоящего доклада будут рассмотрены две актуальные проблемы, из них:

- проблемы обеспечения эквивалентности видов доказательств, полученных в рамках международно-правовой помощи,

- допустимость производства процессуальных действий, содержащих элементы уголовного преследования, в рамках  запросов об оказаний правовой помощи.

Теоретические проблемы обеспечения эквивалентности видов доказательств, полученных в рамках международно-правовой помощи

Из анализа Уголовно-процессуальных кодексов Армении, России и Беларуси следует, что в основном виды доказательств одинаковы в правовых системах трех государств, но есть виды доказательств, которые различаются, из них: показания осужденного по УПК РА, показания специалиста по УПК России, протоколы оперативно-розыскных мероприятий по УПК РБ.

На практике возникает вопрос, если например, по уголовному делу, расследуемому в России, было получено мнение специалиста в качестве доказательства, то в рамках какого режима доказательства его нужно оценивать в сфере уголовного процесса РА, так как подобный вид доказательства не предусмотрен законодательством РА. В данном случае между правовыми системами двух государств возникает противоречие или, как минимум, несоответствие, для решения которого нужно предусмотреть соответствующие правовые механизмы.

Из вышеизложенного следует, что виды доказательств, полученные в рамках запросов об оказаний правовой помощи по уголовным делам или имеющиеся в материалах уголовных дел, полученных в рамках осуществления уголовного преследования, которые не предусмотрены по Уголовно-процессуальным кодексам государств, могут иметь неблагоприятные процессуальные последствия в ходе дальнейшего разбирательства уголовных дел в судах на стадии исследования и оглашения доказательств, что в конечном итоге поставит под сомнение их допустимость. Например, в уголовно-процессуальных кодексах постсоветских государств, предусмотрены различные основания для оглашения в суде показаний, данных в ходе предварительного следствия. Основания оглашения в суде показаний обвиняемого существенно отличаются от оснований оглашения показаний свидетеля, данных в ходе предварительного следствия. Как уже было отмечено, законодательством Армении предусмотрен вид доказательства - показания осужденного, который не предусмотрен белорусским законодательством. На практике может возникнуть вопрос, на каком основании показание осужденного, полученное в РА, может быть оглашено и исследовано в белорусском суде. Допустимо ли применение в данном случае аналогии уголовно-процессуального закона. Уважаемые коллеги, поднятые вопросы и механизмы их решения являются достаточно сложными. По данному поводу я не готов представить варианты решения и поэтому предлагаем в рамках экспертной комиссии, созданной из представителей Следственных комитетов Республики Армения, Российской Федерации и Республики Беларусь, разработать модельный правовой акт легализации допустимости тех доказательств, полученных в рамках международно-правовой помощи, которые не предусмотренный уголовно-процессуальным законодательством сторон.
 

  1. Производство процессуальных действий, содержащих элементы уголовного преследования, в рамках  запросов об оказаний правовой помощи

    Следует остановиться на некоторых особенностях исполнении запросов об оказаний правовой, по которым в отношении лиц запрашивается  производство процессуальных действий, содержащих элементы уголовного преследования, из них:

    - допрос подозреваемого и обвиняемого.Получение показаний подозреваемого или обвиняемого является наиболее проблемным среди вопросов взаимодействия компетентных органов. 

Доказательство, без которого ни одно уголовное дело не рассматривается в суде (за небольшими исключениями), — это показания обвиняемого. Допрос обвиняемого в рамках запроса о правовой помощи, направляемого компетентному органу иностранного государства, может происходить на основании ч. 1 ст. 474 УПК РА  в соответствии с международным договором Республики Армения или на основе прин­ципа взаимности. Однако существует практика отказа в исполнении запросов о правовой помощи лиц в качестве обвиняемых.

Многосторонние и двусторонние международные нормативно­-правовые акты по-разному описывают процедуру получения таких доказательств, как показания обвиняемого.

Например, Минская конвенция и Кишинёвская конвенция, определяя объем правовой помощи (ст. 6), устанавливает, что Договаривающиеся Стороны оказывают друг другу правовую помощь путем выполнения процессуальных и иных действий, предусмотренных законодательством запрашиваемой Дого­варивающейся Стороны, в том числе допроса сторон, третьих лиц, подозреваемых, обвиняемых, потерпевших, свидетелей, экспертов[2].

Европейская конвенция от 20.04.1959 г. не предусматривает получения такого вида доказательств, как показания подозреваемого и обвиняемого Запрашиваемой Стороной. Обвиняемый упоминается лишь в главе третьей, где речь идет о вызове обвиняемых для допроса Запрашивающей Стороной.

Ч. 1 ст. 3 Европейской конвенции гласит: «Запрашиваемая Сторона выполняет в порядке, установ­ленном ее законодательством, любые поручения, касающиеся уголов­ных дел и направленные ей юридическими органами Запрашивающей Стороны в целях получения свидетельских показаний или передачи веще­ственных доказательств, материалов или документов». Но речь в упомянутой статье в первую очередь идет о сборе доказательств для целей обвинения, а дальше перечисляются некоторые (но не все) виды дока- зательств, поэтому как такового запрета, связанного с допросом подо- зреваемого или обвиняемого, Европейская конвенция не содержит[3].

Таким образом, многосторонние, двусторонние соглашения, а также принцип взаимности позволяют армянским следователям в рамках запроса о взаимной правовой помощи просить иностранных коллег получить показания лиц, совершивших преступления на территории Республики Армения и скрывшихся от уголовного преследования за рубежом, а также допрашивать указанную категорию граждан при посту­плении запроса из-за рубежа. Отсутствие в некоторых многосторонних и двусторонних соглашениях ссылок на возможность получить такие дока­зательства, как показания подозреваемых и обвиняемых; свидетельствует не об отсутствии возможности как таковой, а о различиях в понятии и статусе упомянутых процессуальных лиц в различных правовых системах.

Следует отметить, что существующая практика отказа в исполнении запросов о правовой помощи в допросе лиц в качестве обвиняе­мых связана в первую очередь с позицией Генеральной прокуратуры Рос­сийской Федерации. Она обосновывает это тем, что допрос указанных лиц является элементом уголовного преследования, то есть функцией государства, которая не может быть делегирована зарубежным компе­тентным органам.

По мнению Генеральной прокуратуры Российской Федерации, допрос обвиняемого является частью уголовного преследо­вания, то есть процессуальной деятельностью, осуществляемой стороной обвинения в целях изобличения лица в совершении преступления.

Однако такая позиция Генеральной прокуратуры Российской Феде­рации, по нашему мнению, противоречит действующим международно-правовым актам.

Во-первых, если говорить о государствах — участниках СНГ, то Мин­ская конвенция предусматривает возможность получения такого дока­зательства, как показания обвиняемого (ст. 6), и при ее ратификации Российская Федерация не сделала никаких оговорок на этот счет.

Во-вторых, Кишиневская конвенция (подписанная, но не ратифицированная Россией), которая расширяет вопросы оказания правовой помощи, также предусматривает получение показаний подозреваемых и обвиняемых (ст. 6), и, насколько известно, основные проблемы с рати­фикацией Конвенции связаны с другими вопросами, а не с полу­чением доказательств.

В-третьих, другие многосторонние международно-правовые акты, ратифицированные Россией в области оказания взаимной пра­вовой помощи, также предусматривают возможность получения показа­ний лиц (свидетелей, экспертов, подозреваемых, обвиняемых).

В-четвертых, без показаний обвиняемых иногда трудно решить вопрос о направлении уголовного дела для осуществле­ния уголовного преследования в другое государство, так как показания этих лиц являются источником новых сведений (зачастую доказа­тельств), а также проверкой версий, алиби и т.д[4].

Помимо этого, не стоит забывать, что дача показаний является одной из важнейших прав при защите обвиняемого. Вследствие такой практики, фактически, в рамках международных запросов мы лишаем обвиняемого возможности защиты посредством дачи показаний.

Тем более, согласно сформировавшейся практике, даже ознакомление лица с обвинением  рассматривается как уголовное преследование. Получается, что лицо в РФ приобрело статус обвиняемого, из РФ в РА направляется международный запрос, по которому запрашивается выполнить целый ряд следственных действий с участии обвиняемого, например, получение образцов, однако, лицу неизвестно в чём он обвиняется.  Может ли лицо воспользоваться защитой без ознакомления с обвинением?

Исходя из вышеизложенного, предлагаем рассмотреть вопрос об изменений сложившейся практики и в дальнейшем исполнять запросы о допросе подозреваемых и обвиняемых путем ознакомления (вручения, передачи) лица с постановлением о привлечении в качестве подозреваемого, обвиняемого и получения показания этого лица по обстоятельствам преступления, в котором он подозревается или обвиняется, поскольку ознакомление лица с постановлением о привлечении в качестве подозреваемого, обвиняемого не коим образом не ущемляет его процессуальные права, а наоборот вытекает из конституционного права лица на защиту от обвинения. 

 



[1] См.: Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве: теория, законодательство, практика. М., 2010.
[2] См.: Устинов А.В. Взаимодействие органов предварительного следствия РФ с уполномоченными субъектами иностранных государств в целях получения доказательств по уголовному делу. Монография. 2014. С. 67.
[3] См.: СПС КонсультантПлюс; Международные правовые акты; Международное право.
[4] См.: Устинов А.В. Взаимодействие органов предварительного следствия РФ с уполномоченными субъектами иностранных государств в целях получения доказательств по уголовному делу. Монография. 2014. С. 77.

 


Комментарии
Ваш эл. адрес остается конфиденциальной